Библиотека   Фотки   Пиздульки   Реклама 
КАБАЧОК
порно рассказы текстов: 20774 
страниц: 47780 
 | поиск | соглашение | прислать рассказ | контакты | реклама | новые рассказы |








категории рассказов
Гетеросексуалы
Подростки
Остальное
Потеря девственности
Случай
Странности
Студенты
По принуждению
Классика
Группа
Инцест
Романтика
Юмористические
Измена
Гомосексуалы
Ваши рассказы
Экзекуция
Лесбиянки
Эксклюзив
Зоофилы
Запредельщина
Наблюдатели
Эротика
Поэзия
Оральный секс
А в попку лучше
Фантазии
Эротическая сказка
Фетиш
Сперма
Служебный роман
Бисексуалы
Я хочу пи-пи
Пушистики
Свингеры
Жено-мужчины
Клизма

Серёж, ну что бы ты сделал? Ну вот и он достаёт свой хуй и суёт его Любе в рот. А она от боли с другого соскочить не может. Тот что сзади был кончил, вытащил хуй и начал куражиться: -Что, блядь, нравится? А доктор волосы на руку намотал, голову ей вывернул, хуй изо рта у неё достал и начал на лицо ей кончать и хуем бить её. Люба расплакалась, проситься начала, слёзы с глаз, лицо в сперме. А первый подходит и говорит: -Я тебе, блядь, сейчас умою! И начал ей на лицо ссать. Люба говорит что вообще сначала не поняла что произошло. А потом обида, унижение, стыд... бросили её и пошли спать. Она до утра не могла заснуть, думала что делать.
[ Читать » ]  

Сестренка ласкала её упругие покрытые мурашками грудки, а я во всю вылизывал нежные прелести молодой девчонки. Женька просто онемела от всех этих наслаждений. Одной рукой я массировал задницу своей сестры, отодвинул ей трусики и сунул в промежность пару пальцев, углубив их по самую длину. Упругое влагалище сильно сжимало мои пальцы и сестренка даже не думала выпускать их оттуда.
[ Читать » ]  

Когда ему надоела эта поза, Виктор Иванович положил студентку на стол, а сам встал между её свешивающихся ног. В таком положении он продолжал трахать девушку. Вскоре она позабыла о всяком притворстве и стала откровенно получать удовольствие от происходящего. Она подмахивала профессору бёдрами, стараясь как можно дальше насадиться на его член. С её губ слетали уже громкие стоны. В какой-то момент профессору показалось, что студентка вот-вот перейдёт на крики, а ему совсем не хотелось, что бы кто-нибудь узнал, как он принимает зачёты. Виктор Иванович взял со стола трусики Лены и поднёс их к её лицу. Она быстро сообразила, что от неё требуется, и закусила их. Теперь девушка сжимала их зубами каждый раз, когда орудие профессора вонзалось в её юную плоть. И вот с последним самым сильным толчком струя горячей спермы ударила внутрь студентки, и тут же волна оргазма, поднимаясь от её гениталий, накрыла девушку с головой.
[ Читать » ]  

Мои ноги растягивают в стороны и с силой заталкивают пальцы во влагалище. Кажется, что это делают одновременно двое. Пара ладоней ползает по моей груди, трогают и щиплют соски. Затем, к обоим соскам присасываются губы. Я шарю руками вокруг, натыкаюсь на потные тела и торчащие члены. Впечатление, будто членов больше, чем мужчин в палатке. Тут, Вика покидает палатку со словами: - "Ну, всё, развлекайтесь!" , и уводит с собой одного из мужчин.
[ Читать » ]  

Рассказ №21087

Название: Ступени возмужания. Ступень 13
Автор: Cokrat
Категории: Подростки, Инцест
Dата опубликования: Воскресенье, 30/12/2018
Прочитано раз: 6396 (за неделю: 418)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я ласкал девичий палец, пробуя Наташку на вкус. Все-таки есть у нас что-то дикое от зверя! Женщинам это нравиться. Наверное, поэтому оно не отпало, как атавизм, не отвалилось, как ненужный хвост, а просыпается в нас именно в такие моменты. Я щекотал ее пальцы теплыми губами, а она тихо наслаждалась, стараясь не подать виду, - извечная женская уловка, раззадорить нас, с ней женщины рождаются. И это тоже от зверя - милого и прекрасного...."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]


     Наташка села к столу, как прилежная ученица. Пододвинула стул, разложила на скатерти книгу, учебником, и, подперев рукой щеку, стала читать.
     Все это было бы обыкновенным, только Наташка сидела голой. Ее стан, обращенный ко мне спиной, приобрел такую женственность! Он изгибом гитары округлялся книзу и на жестком фанерном сидении стула плющился ягодицами.
     Наташка сложила руки, словно она сидела за партой, выпрямила осанку и перевернула страницу. Она двигалась в рамках школьной привычки, но, я залюбовался. Никогда бы не подумал, что девчонка может просто сидеть и быть такой красивой - у меня шевельнулось "отличие".
     В голове билось: "Несколько раз? Несколько раз в день!". Я никак не мог забыть того, вставленного автором в книгу, откровения, совсем незнакомой мне женщины. Наташке, правда, было всего шестнадцать, но утром она же ласкала свой золотистый пушок. Мне захотелось увидеть это еще раз. Но, как об этом спросить Наташку? Она и разговаривать не захочет. Я вспомнил, что у тети на комоде лежали простые карандаши.
     Причем тут карандаши? А я знаю!
     Прошел, взял один и положил на стол под ее правую руку.
     Наташка была полностью в книге, зрачки карих бесенят, то вспыхивали, расширяясь, то сжимались почти до точки, - щеки пунцовели. Даже не заметив меня, она схватила карандаш и поднесла ко рту. Я заворожено уставился на нее.
     Наташка обвела свои губы тупым концом карандаша, они приоткрылись, приложила к нижней губе, накрыла верхней и немного пососала. Это было так незабываемо. На уроках мальчишки грызли карандаши, девчонки - грызли, но сейчас была иная обстановка и во мне бродили другие мысли...
     Нет, ничего подобного, о чем вы можете себе подумать - каждый в меру своей испорченности, у меня не возникло. Просто, теперь каждое движение Наташки - будь-то взмах руки, движение ноги, вздох, выдох, - я видел в определенной призме восприятия. А тут ее немного влажные, припухшие губы, почти рядом, ласкают карандаш, так обычно и в тоже время так необыкновенно.
     - А вот, и про вас! . . - произнесла Наташка, вскинула карих бесенят, хотела обернуться к окну, но, взглядом, уперлась в меня. - Ты чего?! Сядь, где сидел!
     - Я? Я карандаш...
     Да, ответ получился не очень. Бред какой-то! Вроде как - я карандаш. Вообще-то, я хотел сказать, что подал ей карандаш, но получилось, что получилось.
     Наташка посмотрела на карандаш, словно только его увидела.
     - Ладно, слушай! - проговорила она.
     Перевернула карандаш и, проведя по строке тупым концом, прочитала:
     "Наконец, приятные мысли полностью овладевали моим воображением, я доводил себя до такого состояния, что сдерживаться было нельзя. С бьющимся сердцем, уверяя себя, что это "в самый последний раз" , я совершал то, что в конце концов приносило не ожидаемое удовлетворение, а лишь какую-то оглушенность...".
     Оборвав чтение, она подняла карих бесенят на меня, в упор, и спросила:
     - У тебя так?
     Вообще-то у меня никогда не было мысли уверить себя, что это в последний раз. Благодаря тете, у меня она не возникла сразу, и не мучила потом. И то, что я испытывал, оглушенностью уж точно не назовешь. Но, я кивнул. Почему? Наверное, почувствовал, что именно такого ответа от меня ждет Наташка.
     Ее глаза погрустнели, подтверждая мои предположения, она выдохнула:
     - У меня тоже...
     - Наташ... - проговорил я, так мягко ласково, сам от себя не ожидал.
     - Чего? - грустно ответила она.
     - Там женщина пишет, что не видит разницы!
     - Она не видит, а я не знаю...
     - Спроси у тети, она знает.
     - У тети! . .
     Наташка покраснела густо, густо.
     - Она тебе книгу дала...
     - Дала
     - Значит, можешь спросить без стеснения.
     - А тебе сейчас хочется? - вкинув на меня карие глаза, неожиданно спросила Наташка.
     - Чего?
     Вот сморозил, так сморозил! Вогнал девчонку в такой огонь, что она могла бы из него и не выбраться. Закрывшись в себе, Наташка вряд ли открылась в ближайшее время, если бы вообще открылась. Доверие добывается трудно, кропотливо, а оборвать его можно одним словом, к примеру, таким, какое выдал я. Есть, конечно, куда хуже, но это не в моем повествовании...
     Если уже совсем правду, то ее грустные бесенята сотворили со мной и с моим "отличием" нечто такое, что мы с ним забыли о том, чего так хотели минуту назад.
     Но, все обошлось, Наташка переборола себя и повторила:
     - Хочется к нему прикоснуться? . . Сейчас?
     Второй шанс упускать, уже даже не глупость, - полный аут! Я кивнул. Наташка снова покраснела и опустила глаза.
     - Мне тоже... Бери стул и садись за стол, напротив...
     Я сбегал к окну за стулом, сел, как было велено.
     - Гладь его... - прошептала Наташка, не поднимая глаз.
     - А ты? . .
     Она не ответила, просто убрала одну руку со стола и опустила. Я взял "отличие" в ладонь. Переволновался, оно было мягким и мокрым. Потихоньку, я стал его подбадривать.
     - Дрочишь? - спросила Наташка.
     - Глажу...
     - И я...
     Ее рот приоткрылся, как у маленькой девочки, у которой, в трусиках, что-то зачесалось, резинка надавила или еще что. Наташка вскинула на меня круглых карих бесенят, смотрела не моргая. Точно девочка, которая неожиданно попала пальчиком туда где нельзя и замерла, испытывая неведомые до того ощущения. Мое "отличие" окрепло как-то сразу, словно Наташка подарила ему второе дыхание.
     Кстати о дыхании. Она дышала так тихо, что я готов был махнуться ушами с ослом, только б не пропустить ни одной интонации. Носик Наташи вздернулся, она немного сморилась, а открытая моему взору грудь начала вибрировать - немного, почти не заметно, словно по Наташкиной спине пробежали мурашки. Вторая ее рука, что осталась на столе, сжалась в кулачек, резко скомкала скатерть и так же резко отпустила.
     Наташка напряглась, резко выдохнула и обмякла...
     Если прокрутить все немного назад, то станет понятно, какие чувства испытывал я, наблюдая за ней. Моя рука на "отличии" работала поршнем и, как раз, когда она скомкала скатерть, я выстрелил. Под столом или из-под стола, у меня не было возможности это понять, но именно выстрелил таким незабываемым блаженством.
     - Ты мне на коленку попал... - шепнула она, - течет...
     Я соскочил в поисках тряпки, полотенца - еще чего-нибудь подобного. Наташка ухватила меня за руку и, глазами, попросила сесть. Ее карие бесенята светились.
     - Так приятно... До пальцев добежало... Сейчас у тебя нет оглушенности?
     - Нет, мне так хорошо!
     - И мне... Словно от земли оторвалась и летаю, летаю...
     Скрипнула входная дверь.
     - Что ж лампу не зажжете? - спросила тетя. - Вечер. Солнце за лес убежало.
     Мы даже не заметили, что в комнате был полумрак. Наташка наклонилась. Делая вид, что зачесалось, растерла по ноге мой выстрел.
     - Впотьмах читаете, глаза портите...
     Тетя окинула нас взглядом и все поняла, да и что тут было понимать, когда я сидел на стуле, а с моего опустившегося "отличия" на полосатую дорожку еще тянулась капля. К тому же, я его попытался обтереть, инстинктивно ладонью.
     Мы молчали не договариваясь.
     - Стало быть, книга впрок пошла...
     Пауза. Наташка потупилась, покрылась гусиной кожей - это я заметил даже впотьмах.
     - Ну и на здоровье! . . - ласково улыбнулась тетя.
     Она подошла к Наташке, обняла, что-то шепнула, та сразу как-то раскрылась, словно от волшебного слова.
     Повеселела и спросила:
     - А лампа, где?
     - В моей комнате... Ты пока зажигай, а я сейчас волкодава молочком напою и вернусь. Он у нас эстет, молоко любит, исключительно парное...
     Тетя вышла, а мы с Наташкой переглянулись.
     Меж нами не осталось недомолвок. Пожалуй, это было прекрасное состояние, лучшее, которое вообще возможно меж мальчишкой и девчонкой, мужчиной и женщиной. Это был тот самый кусочек простого человеческого счастья, что не хочется прятать, таить, а наоборот, тобой овладевает огромное желание им поделиться. И мы делились своими ощущениями через глаза, смотрели друг на друга, - я улыбался, Наташка.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

E-mail автора: vers65@bk.ru


Читать также:

» Самые последние поступления
» Самые популярные рассказы
» Самые читаемые рассказы
» Новинка! этого часа


 | поиск | соглашение | прислать рассказ | контакты | новые рассказы |









  © 2003 / КАБАЧОК